Из Д. Уолкотта

Лозы моря

Парус, который прижимается к свету,
устал от островов,
шхуна взбивает Карибы,

идя к дому, может Одиссеева
привязанная к Эгейскому.
этого отца и мужа

в тоске под упрямыми кисловатыми лозами, что
подобна той, в которой прелюбодей слышит
имя Навсикаи в каждом крике чайки.

Это не приносит мира никому. Войны древних
между одержимостью и ответственностью
не закончатся никогда и всегда одинаковы

для морского скитальца или для того, кто на берегу
сейчас, качаясь на сандалиях, бредет домой,
раз Троя оплакала последнее пламя,

и слепой гигантский валун вздыбил впадину
из которой поднялись донные волны гекзаметра
к умозаключениям выдохшегося прибоя.

Классики могут поддержать. Но недостаточно.


Лето на Бликер-стрит

Лето для роз и лимонов, для наготы и томления,
для вечной тщеты воображаемого возврата,
для редких флейт и босых ног, и августовской спальни
смятых простынь и воскресной соли, ах, скрипки!
когда я прижимаю летние сумерки друг к другу, это
месяц уличных аккордеонов и разбрызгивателей
в пыли, маленькие тени бегут меня.

Это музыка, начинается и кончается Italia mia, на Бликер,
ciao, Антонио, и вода плачет о детях
разрывая розовое нёбо на потоки газет
это полумрак в ноздрях и запах воды
на замусоренных улицах, ведущих к воде
и сбор островов и лимонов на уме,

это Гудзон, как море в огне,
я бы раздел тебя в летней жаре
и смеясь сушил твою мокрую плоть гостеприимно.

Оригиналы соответственно:

https://www.poetryfoundation.org/poems/57111/sea-grapes

https://www.poetryfoundation.org/poems/57109/bleecker-street-summer