М. Шимель О старике тоскующем

Сидя под синагогой старой, сгорбленный и вшами покрытый
На тихое небо, выкрашенное солнцем, глядит он.

Мухи жужжат на стекле, каштаны кричат в тоске терпеливой
Яма вблизи и пахнет она, как пирог, корицей толченной и рыбой.

Не поскупился Господь на хлеб, тоску ниспослал, как милость,
И очи его промокли, и старое сердце забилось.

- Похоже, сентиментальность прячет даже обычный камень -
Звезды, как в Книге Царей, поднимаются над куполами.

Но крест средь куполов не видят очи во дреме безбрежной,
И не слышат уши колоколов из церкви Марии Снежной -

Живет и поет Царь Давид, и серебром сияют его доспехи поныне,
И в люльке лунной пальмы колышутся, как на картине.

Кивает Старик головой и слезы текут неумолимо
Ибо тоскует он по вечерам, согретым золотом Иерусалима.