alsit25: (alsit)
Он домой в челне зеленом…
ах, три дня и ночи три!
и смогу уже склониться
над кроваткой дочери.

Хлопнет женушка в ладони
и к калитке птичкой -
раскраснеется сильнее,
чем цветы бегонии.

У калитки поцелуи
у калитки – слез поди…
Дочка спит, и в мире тихо.
Ах, спасибо, Господи!

Мать – здорова? - Здоровей нет.
Все того же нрава.
То, что было, то минуло,
Всевышнему слава!

- Ты голодный? - Не хочу я,
- Может, выпьешь чаю?
- На тебя б взглянуть, на дочку,
и по цветам скучаю.


оригинал:
http://galczynski.kulturalna.com/a-6751.html
alsit25: (alsit)



(Фантазия падшего джентльмена в холодную, скорбную ночь)

Во вздоре прекрасном я нашел озарения,

Образы пят золотых на грубых камнях.

Зрю ныне я

Что жар цевницы суть ее бытия.

О, Бог, скукожь

Побитую звездами кучу старья,

Укрыв, пусть утешит ложь стёганая.




Оригинал:

http://www.poemhunter.com/poem/the-embankment/


alsit25: (alsit)
Originally posted by [livejournal.com profile] sergio_che at слоники
вот лиса войны вот подлисок мира и вылезший воротник
вот енот судьбы да собака духа да рваная душегрейка
тень а в ней в абсолютном безветрии пляшет папоротник
а упавшая шапка встает белой зайкою черной веверкой

зачарованной мышью пляшешь луну тараканом идешь в бега
бох не может закрыть проект пока ты кузнечиком крылышкуешь
пока над тобою ведут как слонов на острых паучьих ногах
третью четвертую пятую мировую
alsit25: (alsit)
Александр Куликов

А где отец? Да на войне

- А где отец? – Да на войне.
- Тогда я подожду, пожалуй.
- Да я разогревать устала.
Садись, поешь немного. – Не.
И поглядел в окно. В окне –
заросший двор, и там, у тына,
о чем-то явор и калина
все время шепчутся. – Ты сам
стрелял сегодня? – По кустам.
Так что душа моя невинна.

Смеркается. На стол свечу
мать ставит, коробком грохочет.
- Да где ж он ходит?! Дело к ночи…
Поешь, сыночек. – Не хочу.
… А явор клонится к плечу
калины в брызгах спелых ягод.
Смеркается. Как будто флягу
трясут, перевернув верх дном,
накрапывает за окном
чуть слышно. – Мама, я прилягу.

Чуть слышно явор слезы льет.
Доносится гусиный гогот.
Выходят гуси на дорогу,
проходят первый поворот,
а там встречает их осот,
встающий во поле полками,
стучащий в небо кулаками,
пока не грянет гром в ответ…
Он спит, устал и не раздет,
во сне играя желваками.

- Вставай, сынок! Вставай – беда.
… Огонь свечи дрожит во мраке,
откуда слышен вой собаки
и где стеной стоит вода,
сверкающая, как слюда,
как будто падает с плотины.
… В дверях стоят, сутуля спины,
и на пол капает с плащей.
- Там, на развилке, где ручей,
нашли его в кустах калины.

alsit25: (alsit)
***

Следствие установило - сам напоролся на нож:
обычное дело, припадок, а нож в кулачке зажат.
Правда, в городе видели пару заезжих рож,
но их растерзали сразу - в ближней церкви лежат.

Потом почему-то ударили в церкви в набат.
А заслышав набат, народ ярится, как бык.
Потом из столицы в город прислали солдат.
Наказали колокол - в глушь сослали, урезав язык.

Потому что всему виной густой колокольный звон.
Потому что в городе и поныне мостовые кровят.
И патриарх, со свитком поднявшийся на амвон,
провозгласил что царевич-младенец убит и свят.

А младенцу-то было без малого восемь годков,
мальчик был не подарок - не по годам жесток.
И город Углич не хуже других городков,
но, если правду сказать, - так себе городок.

alsit25: (анакреон)
генерал-губернатор пускает рысью войска
легендарный рейд на испанскую батарею
третий год как свернулась кровью густая тоска
ночью чистка стволов утром очередь к брадобрею
из досугов в пасти цинга в голове обман
солонину в зубы с утра сухари в карман
командирская лошадь в котле и к ужину пара
жеребцов лягушатник шлет им повестку с кормы
даже яйцам поклон в гарнизонном супе но мы
не сдадим гибралтара

в пятьдесят восьмом батальоне один за бугром
приспустил паруса облегчить на природе тело
сверху свист над бруствером бошку к чертям ядром
остальной организм орлом продолжает дело
или дамочка тоже чулки надевала в шатре
разнесло в неизвестные брызги по здешней жаре
в гроб на похороны не утрамбуешь пара
из чулок лишь один говорят нашелся потом
на позициях мат но мерещится шепотом
не сдадим гибралтара

эх бы к молли домой да в йоркширские края
тут с соседом как раз об этом текла беседа
вдруг шарахнуло кто-то убит это он или я
но кого спросить если нет ни меня ни соседа
к нам плавучие крепости мчатся член положив
на военную честь неважно кто мертв кто жив
от дурного ядра или солнечного угара
чуть не четверть к вечеру корчевать врачу
все конечности в кучу кал сдадим и мочу
не сдадим гибралтара

генерал-губернатор элиот тот над кем
нынче нет в творенье ни авторитета ни власти
искривляет вселенную в нужных местах систем
в поврежденных атомах переставляет части
мы и мертвые тверже чем небо и эта скала
в штиль словно под стеклом ширина стола
и когда нависнет последний уран удара
испарится время и вечность покажет дно
мы сдадим где положено ветхие души но
не сдадим гибралтара



alsit25: (анакреон)
Полина Барскова
Проголосовать
за этот текст

Молитва II

Господи, снизойди до меня своею печалью
В этот блестящий полдень, этой прозрачной ночью,
А то я уже забыла, как это бывает.
Как мы с моею любимой девочкой, уходя в молчанье,
Скребли по банке сгущёнки фамильной ложкой,
А на Литейном ширился гром трамвая.
Как мы потеплей одевались и направлялись к Саду,
Покрикивая на сумасшедшую улыбчивую собаку,
Подстерегавшую утку и караван утят.
Как, выходя к каналу, огибали ограду.
Как наощупь двигались по осеннему мраку.
Как жизнь моя мне казалась
Списанной с тебя, написанной для тебя.
Как мы беспощадно шутили о наших любовниках,
Лица их еле помнили, путали имена.
И точно так же шутили о наших покойниках,
Легкомысленно нас покинувших, оставивших нас на...
Долго ставили чайник, резали сыр и булку,
Открывали Поплавского на самом длинном стихе.
Собака блаженно жмурилась, вспоминая прогулку,
Волны на воспалённой наводненьем реке.

alsit25: (анакреон)

Как то мало замеченными прошли два события, которые, возможно, знаменуют некую точку в русской поэзии, может быть, начало нового драгоценного века. Два стихотворения, связанные с двумя другими шедеврами далекого прошлого, и дающие надежду, что связь времен не прервалась и потому в королевстве Датском намечаются перемены. Одно – отсылает к «Сретенью» Бродского, другое к «Поэт и Анна» Самойлова. Хотя оба поэта не сильно известны в окололитературных тасовках и премий не получали, стоя на обочине литпроцесса.

Павел в Коринфе

1

Багровое солнце над Акрокоринфом
Мерцает всевидящим оком Творца.
В заливе у берега плещется нимфа,
Смеется и песни поет без конца.
Алкеста и Кор у постели отца,
А Яннис в дверях, на полу мозаичном.
Весь день сам с собой скорлупою яичной
В граммисмос играет. Так думает он.
Как сфинга, на ветке застыла синичка –
Деталь капители коринфских колонн.

2

И слышно отсюда, как волны залива
Бормочут Евмела забытого стих.
«Эой, - повторяют, - Эфоп». Словно слива,
Залив фиолетов. И ветер затих.
«Эой, - напоследок, - Эфоп». А других
Два имени так и не вспомнили. Ветер
Затих. С ложа слышится тихое: «Дети…»
«Мы здесь», - отвечает Алкеста, а Кор
К губам его чашу подносит, заметив
При этом, что кто-то заходит во двор.

3

До пят его плащ грубошерстный струится,
Как быстрый поток по мохнатым камням.
И крыльями жертву терзающей птицы
Взметаются полы. «Гость, кажется, к нам?» –
Алкеста читает по серым губам,
Бескровным, почти не способным на шепот
И все-таки шепчущим: «Кто это? Кто там?»
И вот он заходит, не молод, не стар.
Не стар – ибо есть в нем от ангела что-то.
Не молод – поскольку с дороги устал.

4

И вот он садится, и ноги Алкеста
Ему обмывает холодной водой.
И Яннис у ног, и, не трогаясь с места,
Глядит на пчелу над его бородой,
Где капелька пота сверкает звездой.
И первые звезды восходят на небо.
И Кор, отломив ему черствого хлеба,
Подносит с водой. И сначала он пьет,
Пытаясь припомнить, как долго здесь не был.
И вьется пчела. И вода будто мед.

5

Он ест и глядит на тщедушное тело,
На впалую грудь и пустые глаза.
Вспорхнула синичка и прочь улетела.
«А ночью, наверное, будет гроза», –
Вздохнув, говорит он и видит – слеза
На бледной щеке у больного Ясона.
«Ты, знаешь, однажды я шел из Хеврона
В Иерусалим, – говорит он ему. –
И вдруг услыхал над пустынею стоны.
Откуда? Гляжу, да никак не пойму.

6

И только когда подошел, стало ясно,
В чем дело: устав от ярма и жары,
Пал вол, и стервятники выели мясо,
А солнце, скатившись с высокой горы,
Очистило кости, как терн от коры,
От гнойных остатков. И в этой колоде
Рой пчел поселился с заботой о меде.
Гудение их я и принял за стон.
Как будто, тоскуя в ярме по свободе,
Вол громко стонал, прежде чем умер он.

7

А это гудели рабочие пчелы,
В свой дом возвращаясь от злачных полей…
Уныние – грех. В этот час невеселый,
Ясон, не печалься о плоти своей.
Рабочие пчелы давно уже в ней –
Любовь, милосердие, вера, терпенье.
А боль… Что же боль? Знак иного рожденья.
Рожденья безгрешной сыновней души.
Мария стонала от боли, колени
Разжав, на соломе, в пещере, в глуши.

8

Счастливец, своей убегающий плоти,
В которой грехи будто черви в плоде,
Ты стонешь, а дух пребывает в полете.
Ты стонешь, и так происходит везде,
Где Божье творенье спасается, где
В надежде на это спасение стонет».
И он замолчал, на колени ладони
Свои положив. И на ложе Ясон
Затих, как листва пред грозою на кроне,
Затих, погружаясь с улыбкою в сон.

9

… Савл шел по ночному Коринфу. Блудницы
Смеялись в объятьях плешивых пьянчуг,
И черные тени шарахались птицей,
Которая чует натянутый лук.
Орало, визжало, наглело вокруг
Все непроходимое воинство мрака.
Какой-то старик крупноносый собакой
Залаял, завидев его, и, хитон
Задрав свой и ногу, распутника знаком
Пометил одну из коринфских колонн.

10

«Эй, Павел, ну где он, твой глупый мессия?!
Пусть явится! Здесь мы его и распнем!»
Крик этот до самого дома Гаия
Его провожал. Дело было не в нем.
А в том, что победная тьма за окном
И тьма в бедной комнате были едины
В тот миг, когда неба разверзлись глубины
И гром прогремел, как тогда, на пути
В Дамаск, когда, пав на осклизлую глину,
Он ползал, как червь, свет не в силах найти.

                                                Г.Марговский                                                                  

                               КЛЫЧКОВ И МАНДЕЛЬШТАМ

Хозяин сын курляндского купца,
В лице его апостольское что-то
Величествует: лесть и хитреца
Не отвлекают мыслей от полета;
И гость его такой же старовер –
Чья родина лесной и ладный Талдом;
И оба дышат музыкою сфер,
Бесстрастные к докладам и кувалдам.

«Сережа, горлохваты мне претят!
В пучине их ячеек и получек
Нас время топит, как слепых котят,
Талдыча: ты кулак, а он попутчик.
Ах, как же мне писалось год назад!
Раскачивались кипарисы в Гаспре –
Старухи на толкучке, и закат
Такой красы, что к черту ваши распри!
Есть блуд труда...»

                        
                 «И он у нас в крови?
Да хоть и так, нельзя смиряться, Осип!
Восстань и
жар пророческий яви:
Давно чревата камнепадом осыпь!
За что деревню ироды гнобят?
Ужель народной не страшатся бури?
Чума на них! Ударить бы в набат,
А не скулить по мировой культуре!..
На пашнях не токуют черныши.
Усохло русло. Обнищала пажить.
Кто межеумка выудил, скажи,
Над нами без мужицкой сметки княжить?
Глянь на себя: ты клянчишь на трамвай,
А покупаешь Наде хризантемы...
Что проку, братец? Растолкуй давай,
Но только, чур, не уходи от темы».

«Ах, полно, Серж, куда нам прок земной!
Бессребреник расчетливей проныры:
Когда зияют в казначействе дыры –
Есть выгода в презренье к таковой».

«И вновь ты рассуждаешь как еврей!»

«Зато в стихах я русского русее.
Что ж, как Есенин выть с петлей на шее?
Да, век наш зверь: а мало ли зверей?
Пусть мой чертеж запутан и громоздок,
Но оборотнем, дико и легко,
Я сноп вяжу из золотых бороздок,
Как остроклювый маятник Фуко!
Пусть контрфорсы стянут аркбутаном
И витражи решеткою запрут,
Убранство речи – в отклике гортанном
На млечное сияние запруд».

«Вот это правда! Дай-ка расцелую
Тебя покрепче, свет моих очей!
Такой Руси и нужен казначей,
Кто б жажду утолял ее святую».

Гость удалился, и хозяин стал
Листать его «Чертухинский балакирь»...
Крестьянина расстрельный ждал подвал,
А разночинца – пересыльный лагерь.

alsit25: (Default)

Когда в елабужской глуши...

Когда в елабужской глуши,
В безмолвии почти обидном,
На тонком пульсе нитевидном
Повисла пуговка души,
Лишь сучий вой по пустырям
Перемежался плачем птичьим…
А мир кичился безразличьем
И был воинственно упрям…
Господь ладонью по ночам
Вслепую проводил по лицам
И не спускал самоубийцам
То, что прощал и палачам…
Зачтет ли он свечу в горсти,
Молитву с каплей стеарина?

Мой Бог, ее зовут Марина,
Прости, бессмертную, прости.

 Из отзыва

Великая Поэзия! Истинная Молитва!
Спасибо Вам, Игорь!

 В рассуждении рассматриваемой выше темы-  может ли лира поэта быть сучьей, как раз попался свежачок поэта  -журналиста и  члена СП РФ, и, судя по стихам выше,  члена довольно импотентного ( каламбур довольно пошлый, но мы уже пытаемся стилизовать мышление рецензируемого поэта).  Понятно благоговейное отношение графомана к великому русскому поэту, намерения его чисты, но сучья сущность  выливается в нечто непотребное.«Обидное безмолвие», видимо, должно отсылать к одиночеству поэта или к тому, что и посудомойкой не взяли, а может и к тому, что Марине Ивановне возомнились балы и дружеские попойки. А в контексте литературном, что рецензий не появлялось со стороны критиков и не публиковали.  Особенно хорошо это «почти обидном», видимо,  от лукавого, нашел таки лазейку  Враг человеческий.


Read more... )

alsit25: (Default)

 Константин Латыфич

(О книге стихов Григория Марговского «К вам с игрой – игрой игр»).

 

I

«К вам с игрой – игрой игр». Так называется книга стихов Григория Марговского.  Первое же знакомство с ней заставляет насторожиться. С одной стороны – явная аллюзия на построения голландского философа Хейзинги и его теории человека-играющего, а с другой, если прочитать открывающее книгу стихотворение  «Введение в игру», - созданный в соответствии со всеми классическим канонами текст:

 

Кто в «Одиссее» обнаружил вкладыш,

У стеллажа, вскарабкавшись на стул,

И, теребя давно засохший ландыш,

Страницы резко не перелистнул…

 

Read more... )

alsit25: (Default)

3.

     В предыдущей главе  (в приведенной ссылке)  были упомянуты переводы Киплинга , сделанные  М. Гаспаровым, В. Бетаки , Г. Беном ( последние два ученики Т.Гнедич)  итд. Может быть,  хоть эти профессиональные литераторы хоть в какой-то степени дают представление о великом английском поэте и его культуре ?  Тем более, что о М. Гаспарове – переводчике Киплинга высоко отозвался даже Омни Ронен. http://magazines.russ.ru/zvezda/2002/7/ronen.html .  В конце концов, рассматривать работы  обитателей культурных провинций вроде С. Александровского занятие неблагодарное. Ну,  посмеяться разве.. Повод поразмыслить о самом стихотворении... Однако из числа мэтров  ограничимся пока академиком М. Гаспаровым. Но для сравнения  и изучения некоего феномена переводческого упомянем здесь еще два варианта переводов,  сделанных дилетантами : С. Шоргиным и сетевым автором , скрывшимся под псевдонимом raf_sh.

   

Read more... )


Однако , заглянем   на минуту к поэту , о котором речь пойдет дальше. Евг.Туганов  тоже первел этот стишок.  (http://www.stihi.ru/2008/11/04/484)

Через все мои воплощения, толпы рас, череду веков
Я, прикрыв лицо от смущения, созерцал Базарных Богов.
И во власти и славе зрел Их, и ничком лежащих в пыли.
Богов Прописных, заматерелых, беды свалить не смогли.

Те же самые Базарные Боги , и Боги Прописные. Явно Шоргин и Туганов  ( он же А. Кротков) принадлежат к одной школе...О которой речь впереди. Но характерно непонятное чувство смущения,  чего бы это?  Да и лежать ничком в пыли ( поклоняясь другим Богам?) это не то что просто обратиться в прах .. Но уже появляется  слово из  отвязного лексикона поэта, уверенного, что Киплинг говорит  с ним на сленге, из подворотни. «Заматерелых»   Дальше полный цимус, т.е . компот

Буркнули, кидали за борт, встать на крыла, бабьей властью,  стихли и скисли... и тут же рядом - рекли, тихонько, возлелеяв гордыню ... лексические пласты не слазя с ветки..  Удивительная глухота  к слову.....



alsit25: (Default)

Его Музе

 

Вариант не пасторальный

 

Куда ты, дура, мчишь стремглав,
Прошу, вернись под сень дубрав.
Дуди в дуду и ублажай
Укромный, скромный, сельский рай,
Лишь хижинам созвучен лад
Убогих, нищенских баллад.
Там ты и пой под звук рожка
Овечье счастье пастушка,
Там в миро Пасторалей влей
Буколик вкрадчивый елей.
На кочку встань и дифирамб
Спой в ушко сладким пастушкам,
Иль скотнице воздай хвалу
За то, что не смердит в хлеву.
Стихи, как эти, и я сам
Понятны только деревням.
Но при Дворе не ко двору
Твой юмор, девка, слишком груб!
Так что и думать не моги
Ты за порог, везде враги.
Там, в городе, читатель- злой
Там в келью критик – ни ногой,
А ведь тебе в скитах почет -
Лишь мученик тебя прочтет.
Глуп, ополчившийся на зло.
Прошу тебя, вернись в село.


 

 

 

Вариант пасторальный

Почто ты, Дева, мчишь стремглав?
Прошу, вернись под сень дубрав!.
Свирель возьми и ублажай
Укромный скромный сельский рай.
Лишь хижинам созвучен лад
Твоих бесхитростных баллад.
Там ты и пой под звук рожка
Покой и счастье пастушка,
Там в миро Пасторалей влей
Буколик сладостный елей,
С пригорка , утром, дифирамб
Спой неприметным пастушкам,
Иль скотнице воздай хвалу
За то, что прибрано в хлеву.
Стихи, как эти - и я сам -
Понятны только деревням,
Но при Дворе - не ко двору, 
Твой юмор, Дева,  слишком груб!
Господь, ей, глупой, помоги,
Там, за околицей - враги!
Там, в городе, читатель злой,
Там в келью критик – ни ногой.
А ведь тебе в скитах почет:
Лишь мученик тебя прочтет.
Глуп ополчившийся на зло.
Прошу тебя, вернись в село!
 
Read more... )



К его Музе (II)

 

Уж если бы крестить тебя пришлось,
Я бы назвал тебя, Невестой, Музой Роз,
Иль Музой Робкой - эти имена
Похожи на стихи твои сполна ,
Безбрачно чистые со всех сторон,
Под ними подписался б сам Катон.


To his Muse (II).

Were I to give thee Baptism, I wo'd choose
To Christen thee, the Bride, the Bashful Muse,
Or Muse of Roses: since that name does fit
Best with those Virgin-Verses thou hast writ:
Which are so clean, so chaste, as none may fear
Cato the Censor, sho'd he scan each here.


alsit25: (Default)

2.

           При весьма  бурном обсуждении  вышеприведенной статьи , однажды опубликованной на сайте Поэзия .ру и удаленной по просьбе автора перевода, после муссирования позорного поступка поэта и переводчика Александровского,  возникло имя Симонова, тоже переводившего Киплинга, причем в качестве авторитета. Так автор оправдывал свой текст, не соглашаясь с  доводами критика.

          Любопытно было бы посмотреть,  а как Симонов переводит Киплинга?  Возможно , ссылка на этот авторитет столь же сомнительна ,как и на другие, если вообще ссылки на авторитеты удостоверяют качество  конкретного рифмованного текста,

Вот цитата со страницы Симонова –переводчика на Веке Перевода, преамбула т.с.

На этих страницах публикуется лучшее из творчества удостоенных переводчиков.

 

«Между тем переводы Симонова могут именоваться таковыми лишь с натяжкой: “Новобранцы” укорочены на четыре строфы, “Серые глаза – рассвет” – вдвое, даже в “Добровольно пропавших без вести” хоть одна строфа да пропущена, а публикуемый ниже “Дурак” в оригинале именуется “Вампир”, – и это не говоря об отходах от оригинала до того, что именуется “с точностью до наоборот”. Переводы Симонова, быть может, самые “вольные” в XX веке – между тем это почти всегда хорошие стихи».

посмотрим... )

е
alsit25: (Default)

О природе творчества и мировоззрении Р. Киплинга, или о проблеме перевода языка одной культуры на язык другой

1       

     Скажу сразу, что статья эта не имеет отношения к теории перевода. Безусловно, никакие теории не могут сделать текст художественным, сделать его фактом литературы. Это статья культурологическая. О том, что, зачастую, одна культура не понимает другую, не столько из-за незнания, сколько, видимо, по причине глупости или самовлюбленности. Или культурной ксенофобии. Или из-за комплекса неполноценности, как при всякой  ксенофобии. И просто заменяет одно мировоззрение другим. Или полным хаосом вместо мировоззрения. Почему-то  чужая культура переводчиков интересует редко. «Хорошие русские стихи» – критерий хорошего перевода с иностранного языка, хорошие стихи . где возможны невозможные слова, выражения и образы, где даже, порой, рифмуется полная бессмыслица ( не путать с нонсенсом в детской поэзии абсурда )
          Любопытно было бы понять, почему так происходит, несмотря на то, что информация ныне вполне доступна всякому, кому не лень включить компьютер. А языка не знаешь, так и переводчики есть сетевые. Может, читатель совсем читать разучился?  Может, дело в том, что переводчики сами плоть от плоти читателя своего и переводят так, чтобы читатель этот так и остался за добровольно опущенным  Железным Занавесом? Зачем? Не хочется верить в очередной заговор и манипулирование мозгами. Некоторое время назад на  солидном поэтическом портале Поэзия.ру  был опубликован перевод стихотворения Киплинга , певца Британского империализма. Кто же не знает, что империализм – это плохо, что Британский, что Советский? А вдруг это не так? И все дело в том, что произошло лингвистическое недоразумение?

Read more... )

 

Profile

alsit25: (Default)
alsit25

July 2017

S M T W T F S
       1
2 3 45 6 7 8
9 10 11 12 1314 15
1617 18 1920 2122
23242526272829
3031     

Syndicate

RSS Atom

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Sep. 22nd, 2017 10:31 pm
Powered by Dreamwidth Studios